EIGHT: eternal game

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » EIGHT: eternal game » - Сюжетная игра » Akt 1. Об отмене эмансипации и "Kinder, Küche, Kirche"


Akt 1. Об отмене эмансипации и "Kinder, Küche, Kirche"

Сообщений 1 страница 9 из 9

1

• Участники
Clarissa und Friedrich Reinecke
• Время и место действия. Погода
Этаж хозяйских комнат (третий), коридор, та его часть, что находится рядом с комнатой Клариссы.
• Стартовая ситуация
Родительская любовь порой приводит к тому, что ребёнка чрезмерно опекают вне зависимости от возраста. Новое место, как же оставить Клариссу одну - вот поэтому Фридрих, попавшийся под руку, пошёл за дальней родственницей, чтобы сопроводить её в столовую. А в итоге они почувствовали запах гари...
• Статус
В процессе.

+2

2

"Итак, время ужина. А ведь повара у нас великолепные, следовательно, трапеза будет такой же. И вот мне интересно, почему, вместо того, чтобы дожидаться еды в кресле у камина, с интересной книгой в руках, я должен идти за этой Клариссой, чтобы позвать ее на ужин? Как будто у нас слуг мало - некого было больше послать! И надо же было так невовремя наткнутся на отца..." - хмуро размышлял, медленно поднимаясь вверх по лестнице, Фридрих Рейнеке. Переступая с одной ступеньки на другую, он приближался к третьему этажу, на котором и находилось комната упомянутой девушки, его дальней родственницы. Уже почти достигнув места назначания, то есть будучи в паре шагов от двери комнаты Клариссы, парень вздохнул и зачем-то поправил меч на поясе, с которым он не расставался даже здесь - не то чтобы в замке было небезопасно, но Фридрих предпочитал полагатся в данном случае на свои силы, а не на различного рода телохранителей. "И все же... С тех пор, как мы переехали в этот замок, у меня какие-то странные ощущения... Как будто здесь таится нечто странное, прячется, следит за нами... А впрочем, скорее всего, у меня просто нервы шалят. Мы здесь уже давно, и ничего такого не случилось. А значит, это всего лишь мое воображение." - закончив размышления, Фридрих негромко постучал в дверь комнаты Клариссы и произнес:
- Прошу прощения, Кларисса? Это я, Фридрих. Отец попросил меня сопроводить тебя в столовую, ужин почти готов. Ты позволишь войти? - не то чтобы парень действительно хотел попасть в комнату малознакомой девушки, но некоторое любопытство все же присутсвовало. Хотя, его не особо разочаровал бы и отказ - он вполне мог подождать родственницу за дверью.

+1

3

Строго говоря, Рис предпочла бы, если бы ей просто объяснили, как от её комнаты добраться от столовой. Нет, не то чтобы так уж неприятна была мысль о том, чтобы сидеть в комнате и бездельничать в ожидании кого-нибудь из работников гостиницы или незнакомых дальних родственников. Просто, в самом деле, зачем всё настолько усложнять? Не так давно она ведь без особых усилий нашла свою комнату, а описание пути тогда, надо сказать, было решительно никаким… Ну да ладно, ничего страшного, ведь правда? Так или иначе, последние минут двадцать Рис в полудрёме мирно сидела в огромном, не то стилизованном под старину, не то действительно довольно старом кресле с плеером в ушах. Даже слишком мирно – и потому, когда раздался негромкий, едва слышный сквозь звук в наушниках стук в дверь, никак не отреагировала. Однако, мгновением позднее, когда к стуку добавился голос, всё-таки возвратилась в реальный мир. Быстро сняла наушники, резковато подскочила с кресла и подошла к двери почти в тот же момент, как человек за дверью – судя по голосу, мужчина, который, впрочем, даже представился, но только вот сделал это в самом начале фразы, и из-за тогда ещё надетых наушников Рис не разобрала имени – договорил.

Вместо ответа Рис просто повернула дверную ручку и шумно открыла на себя всё это время незапертую, на самом-то деле, дверь. Пусть она пока не была знакома с большинством обитателей гостиницы, но всё-таки понимала, что раз уж в основной своей массе эти самые обитатели – пусть и дальние, но всё-таки родственники, а потому нет необходимости каждый раз, даже изнутри, закрывать дверь на замок, как это делают панически боящиеся кражи туристы.
– Привет! – доброжелательным, немного чрезмерно фамильярным тоном ответила она с приветливой улыбкой на лице, одновременно не очень успешно пытаясь поправить упавшие на лоб после неловкого подъёма с кресла волосы, – Конечно, входите, – с этими словами Рис отошла в сторону. Мысленно она в этот момент спросила себя, зачем, собственно, понадобилось заходить, если достаточно было просто вместе уйти, но всё-таки не стала возражать. В комнате, надо сказать, с её приезда не так уж много и изменилось по сравнению со стандартной обстановкой: то, что комната обитаема, выдавала лишь неубранная (нет, не разбросанная по всей кровати, просто разобранная и не накрытая покрывалом) постель да стоявший на полу возле кровати некрупный, на данный момент примерно наполовину распакованный дорожный чемодан на колёсах.

Собственно, именно мысль о чемодане с вещами дала ответ на невысказанный вопрос о том, почему нельзя просто пойти в столовую прямо сейчас. Рис поняла, что до сих пор не удосужилась узнать, каковы существующих в замке порядки, а потому заподозрила, что, возможно, у «коренных» обитателей замка, не так сильно отдалившихся от общих аристократичных предков, существует своеобразный негласный «дресс-код», в котором принято присутствовать во время совместных застолий. С другой стороны, конечно, будь это так, мать бы наверняка не забыла об этом упомянуть. Но ведь она, в общем-то, могла и сама об этом не знать…
– Я здесь недавно… Скажите, – спросила она самым ненавязчивым тоном из всех возможных, – Здесь принято прилично одеваться к ужину, или и так сойдёт? – естественно, Рис очень надеялась на утвердительный ответ, ведь даже сама она очень и очень смутно понимала, что именно в данном случае подразумевает под словом «прилично». В любом случае, это явно было не то, что на ней было надето сейчас. В чём положено дальним «городским» родственникам следует появляться на семейном обеде у современных аристократов? В специально для этого купленном упоительно дорогом вечернем платье в пол, какие принято надевать в шикарные рестораны? Лучше бы нет, потому что ничего подобного у Рис ни с собой, ни, в общем-то, дома, не было.

Отредактировано Clarissa Reinecke (2013-01-13 15:30:15)

0

4

Чтож, долго Фридриху ждать не пришлось - всего лишь через минуту дверь комнаты отворилась, и послышалось жизнерадостное приветствие. Собственно, именно оно сразу и сбило парня с толку, ибо прозвучало так, словно они с Кларрисой давние друзья, а не познакомились буквально только что. Хотелось уже по привычке приложить руку к лицу, но вместо этого Фридрих с задумчивым видом потер лоб и воспользовался предложением войти в комнату. Потратив пару секунд на осмотр данного помещения, он уяснил, что его любопытсво было совершенно неоправданым - никаких черт индивидуальности комната не имела, или, учитывая то, что девушка поселилась здесь относительно недавно, еще не успела приобрести - поэтому и создавалось впечатление, что сюда только вьехал постоялец, как в гостинице. Несколько увлекшись осмотром и своими мыслями по этому поводу, Рейнеке не сразу отреагировал на вопрос родственницы, а когда отреагировал, снова задумался. " Принято ли прилично одеваться к ужину? Можно подумать, я сам в курсе. Лично меня это никогда не заботило, хм." - подумал Фридрих, и как-то автоматически оглядел себя, пытаясь понять, подходит ли его одежда под понятие "приличная". После чего, помедлив, ответил:
- Если честно, то не имею понятия. Мне ничего такого не сообщали. Ну, с одной стороны, здесь, кроме нашей семьи, живут и сторонние постояльцы, и далеко не всех из них, думаю, есть какая-то "приличная" одежда. С другой же стороны... Я считаю, что вам, как члену семьи, все же пристало появлятся на ужине в ...чем-то более приличном, чем нынешняя ваща одежда. - при этом парень выразительно глянул на Клариссу. Запинки в его речи, собственно, были вызваны не столько желанием сделать выраженную паузу, сколько призваны были замаскировать определенную неловскость в беседе с девушкой. В конце концов, с тех пор, как умерла его жена, Рейнеке приходилось общатся с противоположным полом крайне шапочно, а тех прошло уже несколько лет. Поэтому немудренно, что сейчас Фридриху приходилось скрывать сразу несколько чувств - удивление, смущение, разочарование, сильное желание сделать фейспалм. "Мда, то ли это я так отвык от женских выходок, то ли эта девушка - нечто... Скорее и то, и другое." - подумал он и продолжил речь:
- Лично я оставлю это на ваше усмотрение. Можете переодется, я подожду за дверью, а можете пойти и так. - скрывать чувства отчего-то было трудновато, поэтому, чтобы не позорить себя обезьяней мимикой, которую вот-вот должно было выдать его лицо, парень прислонился к стене рядом с дверью и прикрыл лицо ладонью, которую, впрочем, через несколько секунд опустил.

+1

5

Итак, никаких сколько-нибудь конкретных ответив получить не удалось. Не сказать, что Рис была сильно огорчена таким развитием событий – напротив, в каком-то смысле это было даже хорошо. Она, правда, предполагала, что в качестве сопровождающего к неё придет не «приезжий», а кто-то из постоянных здешних обитателей, хорошо знающих замок – просто на всякий случай, чтобы была уверенность, что «сопровождающий» не заплутает в коридорах сам. Что ж, зато теперь Рис, по крайней мере, была уверена, что она совершенно точно не единственная из присутствующих, кто мало что смыслит в местных обычаях и негласных правилах. А что же касается «чего-то более приличного, чем сейчас»… Из-за слегка сбивчивого, но вроде бы спокойного тона было сложно понять, была ли это ирония, или же действительно серьезный ответ. Сделав выбор в пользу второго варианта, на несколько мгновений Рис погрузилась в раздумья, лихорадочно припоминая, что же из того, что у неё есть с собой, по шкале «приличия» стоит выше, чем нынешнее одеяние. Затем, ничего определенного так и не придумав, уверенным шагом подошла к кровати, подняла с пола и водрузила на неё чемодан, с громким визгом расстегнула молнию и нырнула внутрь руками. Можно было заметить, что она хоть и старается все делать быстро, особо не торопится.

Шуршала тканью и позвякивала крошечными пластинками Рис совсем недолго, от силы полминуты. Увы, опасения подтвердились – ничего по-настоящему, заведомо «более приличного», помимо той одежды, которая была на ней в день приезда, теперь опрометчиво отданной в стирку, она не захватила даже случайно. Ну, что поделать, сказала Рис мысленно сама себе, одновременно негромко вздохнув. В конце концов, у неё ведь оставалось и моральное право действовать по своему усмотрению. А потому – без особых мук совести достала из чемодана лежавшую после ревизии сверху велюровую кофту из того же комплекта, что и штаны, проговорив при этом себе под нос что-то вроде «Можно и так».
– Думаю, ничего страшного не будет, правда ведь? – слегка напряженным тоном, выдававшим живую заинтересованность в ответе, но при этом не повернув головы, будто бы ни к кому конкретно не обращаясь, спросила она, застегивая чуть заедавшую молнию. Не то чтобы Рис всерьез переживала по поводу несоответствия возможному дресс-коду. Просто хотела удостовериться, что ничего сколько-нибудь серьезного в этом её маленьком провале нет. В самом деле, если бы таким вопросам здесь придавали действительно большое значение, то приезжую родню об этом наверняка бы оповестили.

Закончив бороться с молнией, Рис скользнула пальцами по прикроватному столику, взяла с него ключ от комнаты (скорее просто для того, чтобы потом в случае чего не пришлось искать – дверь она запирать не собиралась), и затем, наконец, развернулась к тому месту, где до недавнего времени находился зазря представившийся «сопроводитель».
– Ну, что ж, идемте? – секундная пауза, затем несколько всё столь же ритмичных и твердых, но несколько более осторожных шагов к всё это время остававшейся открытой почти нараспашку двери, – В какую нам сторону? – из открытой двери по ногам пробежал сквозняк, из-за которого Рис подумала было, что можно было бы и обуться, но сразу отказалась от этой идеи. Пол действительно был прохладный, холоднее, чем дома – и, тем не менее, без обуви было привычнее, а потому, в определенном смысле, приятнее. Так или иначе, в ожидании ответа Рис замерла в проёме, держась пальцами за дверной косяк. Она, в общем-то, и сама знала, в каком направлении по коридору находится столовая, но на этом знания в этом плане исчерпывались, и куда повернуть на первой же развилке коридора, не имела ни малейшего понятия. Да и потом, попросту невежливо было бы идти вперед самой, вынуждая великодушно согласившегося помочь родственника закрывать за собой двери и после догонять.

0

6

Ожидание не затянулось - девушка сразу после его ответа отправилась к кровати разбирать вещи. И хотя Фридрих морально уже приготовился выйти из комнаты или хотя бы отвернутся, как и положено приличному человеку, как на свет явилось то, что Кларисса считала "приличной" одеждой - кофта, дополняющая ее "великолепные" штаны. После этого рука Рейнеке вернулась на подобающее место, снова довершая выражение фейспалма. "Дааа... Так и хочется сказать, что в семье не без урода, но у нас встречаются и более экстравагантные личности. Ну вот о чем она думает, заявляясь на многолюдный ужин в костюме, подходящем этим... как их там... гопникам? Впрочем, это ее проблемы. В мои обязанности входит лишь довести ее до столовой, и все - дальше можно прикинутся, что мы не знакомы. Да и не факт, что мы будет где-то еще особо пересекатся, кроме приемов пиши. Ну разве что в библиотеке - если она читать умеет." - неприязнено подумал парень и отлип от стены, ибо родственница уже была готова идти в точку назначания. Когда же прозвучал вопрос насчет "нормальности" ее одежды, Фридрих лишь буркнул что-то утвердительное, так как лично ему уже хотелось побыстрее добратся до столовой - голод давал о себе знать.
На второй же вопрос Рейнеке все-таки соизволил ответить:
- Да, пойдемте. Нам сейчас прямо по коридору, потом направо, и вниз по лестнице. В общем, следуйте за мной. - закончив фразу, он проскользнул в дверь мимо девушки и медленным шагом направился в указанном направлении. "Спокойствие, только спокойствие... Вот тебе и желанное разнообразие - родни, да и гостей здесь хоть отбавляй, и с кем-то придется пересекатся... Это было неизбежно. Хотя я по-прежнему не особо хочу с кем-то общатся. Особенно с женскими существами. Иначе я долго не выдержу."

+1

7

Уже второй невнятный ответ за день, на этот раз еще менее определенный (и гораздо менее членораздельный), чем первый. Невзирая на вроде бы утвердительный тон, Рис всерьез задумалась, что же именно пробубнил себе под нос её «сопроводитель». И, хотя ничего определенного так придумать и не смогла, все-таки склонялась к варианту, что имело место натянутое, вымученное согласие, данное исключительно из вежливости. Во всяком случае, на его месте Рис бы наверняка и сама ответила точно так же. Осознавать это было не слишком приятно. На какое-то мгновение даже возникло желание вернуться и с особой тщательностью перерыть чемодан еще раз в надежде, что где-то между столь же вопиющими образчиками «неприличной» одежды вдруг волшебным образом появится нечто, чего там прежде не было. Впрочем, это желание она без особых усилий подавила – в конце концов, не так ведь всё и плохо, особенно учитывая, что даже в худшем случае наверняка будет далеко не единственной, кто не дал себе труда пристойно одеться. И, кроме того, выглядело это бы чертовски глупо, особенно с учетом того, что особой надежды на чудесную материализацию предметов гардероба явно возлагать не следовало. По крайней мере, до сих пор этого ни разу не случалось.

От приятных размышлений о том, появлялась ли хоть раз на её памяти одежда из воздуха, Рис оторвало описание дороги. Как это часто в таких ситуациях бывает, безымянный родственник говорил значительно быстрее, чем следовало бы для легкого запоминания пути – и, тем не менее, дорогу Рис с его слов запомнила неплохо, благо было оно совсем коротким. Мысленно она спросила себя, что же мешало матери сказать то же самое и позволить добраться до столовой самостоятельно (в самом деле, путь из полутора поворотов – ну где здесь можно заблудиться?), затем, не оборачиваясь, утвердительно кивнула, и сделала шаг в сторону, освободив дверной проем. Это, впрочем, не понадобилось – почти одновременно с её шагом в дверь просочился и «Сопроводитель». А затем, судя по медленному шуму шагов, двинулся по коридору – в той самой неторопливой манере, к какой прибегают те, кто не хочет ждать, но и просто убежать вперед себе не позволяют. Пока тот не успел далеко уйти, Рис почти бесшумно затворила за собой дверь, по щелчку замка догадалась, что тот закрылся сам, машинально повернула и дернула ручку, чтобы в этом убедиться. Что ж, хотя закрывать дверь на замок она не планировала, но, в самом деле, не открывать же его теперь нарочно?

Закончив возиться с дверью (и мысленно порадовавшись, что ключ не остался по ту её сторону), Рис развернулась, несколькими быстрыми, довольно напряженными шагами догнала сопроводителя, и затем пошла следом тем же неторопливым шагом, пристроившись с левой стороны от него. Левую руку она вытянула в сторону, так, чтобы пальцами касаться стены, а правую, немного погодя, решительно, даже немного бесцеремонно опустила безымянному родственнику на плечо. Увы, это была вынужденная мере – никак не получалось приноровиться к ритму шагов. К слову, верхняя одежда «сопроводителя» плотным, жестковатым материалом подозрительно напомнила пиджак. Уверенности в том, что людей в «неприличной» одежде будет заведомо больше одного, как-то сразу поубавилось.
– Что ж… – как ни в чем не бывало, самым повседневным тоном из ей доступных попыталась завязать разговор Рис, – Раз уж мы с вами родственники, стоит, наверное, познакомиться поближе. – Она улыбнулась, мысленно прибавив к фразе глуповатое «родство обязывает», а затем добавила: – Откуда вы, чем занимаетесь? И… – секундная неловкая пауза, вызванная тем, что очень уж странно звучал вопрос, который Рис намеревалась задать, – …И кем мы с вами друг другу приходимся?

0

8

По-прежнему двигаясь неторопливым шагом, Фридрих добрался до упомянутого им же "повораота направо", где и остановился, чтобы дождатся свою родственницу и продолжить путь до столовой уже рядом с ней. Конечно, будь его воля,  он лишь вкратце обьяснил бы ей дорогу, да поспешил на ужин - голод давал о себе знать. Поэтому, пока предстояло недолгое ожидание, парень задумался, что же сегодня он сможет откушать. Нельзя сказать, чтобы каждый прием пищи был запоминающимся, но все же он весьма сильно отличался от того, что ему могли приготовить слуги в его доме. К тому же, обычно к ужину приходили новые гости, которые в некоторой степени все же интересовали Фридриха. "Хотя сейчас меня больше интересует еда, чем новые личности за столом... С ними можно познакомиться и позже. Ну, где там она? Того и гляди, опоздаем - и родители будут недовольны." - несколько раздраженно подумал Рейнеке, прислушиваясь к тому, что происходит позади него. Судя по звукам, девушка заперла свою комнату, а затем быстрые шаги сигнализировали о приближение родственницы непосредственно к сопровождающему. Однако, только Фридрих приготовился открыть рот, что попросить Клариссу следовать дальше, и, собственно, тоже продолжить путь в столовую, как он снова столкнулся с проявлением ... ну скажем так, родственного участия - девушка, подойдя сзади, положила ему руку на плечо, и хотя в этом жесте не было ничего особенного, не следовало забывать, что даже ТАК парня уже давно никто не касался, и даже сквозь плотную ткань плаща он это прикосновение почувствовал. Поэтому только огромным усилием воли Рейнеке смог заставить себя не подпрыгивать и дергатся, как будто его шарахнули электрошоком, и не орать благим матом - ну, по крайней мере вслух. " (вырезано цензурой!) Да! Она! Что она творит?! Мы даже! Не! (вырезано цензурой!)" - примерно так подумал парень после этого. Затем, медленно повернувшись, он произнес, стараясь сохранять на лице спокойное выражение, но при этом все его лицевые мышцы слегка дергались:
Я, как и многие здесь, из Швейцарии, и большую часть жизни там и жил, в одном небольшом городке. Точнее, в его окрестностях, в частном доме. - произнеся это, он сумел несколько привести в порядок лицо, хоть и не до конца, после чего продолжил:
- А что же касается моего рода занятий... В последнее время я скорее занимаюсь собой - читаю, тренируюсь. До всего остального мне дела особо нет. Уже... нет. - последние слова Фридрих произнес очень тихо и себе под нос. Заданный Клариссой вопрос опять всколыхнул в его душе плохие воспоминания, но парень быстро справился с собой - сказывалась привычка держать свои чувства в тайне, да и боль за прошедшие года притупилась, совсем чуть-чуть. Слегка встряхнув головой, отгоняя плохие мысли, он соизволил ответить на последний вопрос и задать свой:
- Что же касается нашего родства... Сложный вопрос. Я даже не знаю, кем мы друг другу приходимся - генеалогическое древо нашей семьи весьма запутанно. - на этих словах Рейнеке слегка улыбнулся, только краешком губ, после чего спросил:
- А вы вот чем занимаетесь и где жили? Зачем приехали сюда? - не то чтобы Фридриха это действительно интересовало, но узнать было нелишним. Хотя бы для поддержания разговора, да из вежливости.

+1

9

Заметить очень старательно сдерживаемую интонацию напряжения в голосе было довольно сложно. И, тем не менее, Рис её все-таки заметила. И дело определенно было не в неожиданности прикосновения как таковой. Вне всяких сомнений, до сих пор безымянному родственнику не понравилось, что его так бесцеремонно хватают. И, хотя тот явно не хотел этого показывать, первым же логичным выходом из ситуации, пришедшим Рис в голову, было решение «убрать руку как можно скорее». Но, увы, не получалось. Под темп шагов сопроводителя никак не получалось подстроиться. Возможно даже, что он и сам это понимал, и именно поэтому не стал возмущаться... Так или иначе, Рис, мысленно извиняясь и как бы говоря, что у не и в мыслях не было вызывать раздражение намеренно, приподняла ладонь так, чтобы касаться плеча едва-едва, самыми кончиками пальцев. Наверное, подумала она при этом, все-таки стоило сперва предупредить. В любом случае, теперь уже было поздно, а извинения, учитывая невозможность прекратить вызывавший дискомфорт контакт, прозвучали бы даже издевательски. И, тем не менее, Рис твердо решила во что бы то ни стало извиниться после. Так, чтобы это не вызвало еще большего недовольства.

Что же касается рода занятий безымянного родственника – наверное, ответ его прозвучал бы забавно, если бы не его окончание и интонация, которой все это было произнесено. Рис чуть было не спросила, почему это «уже нет», но вовремя себя остановила. Едва ли человек, в жизни которого случилось что-то, что заставило его существенно изменить свой образ жизни, и о чем он говорит таким тоном, захочет об этом самом «чём-то» вспоминать, да еще и рассказывать тому, с кем, невзирая на родственные связи, знаком меньше часа. А потому, чуть заметно кивнув, Рис глубоко вдохнула и ответила сдержанным, немного нарочито будничным тоном:
– Я? До сих пор я жила с родителями, не так далеко отсюда. Ну, как сказать... Полдня езды на автомобиле, – строго говоря, она понятия не имела, сколько именно часов длилась поездка, как быстро они ехали, и как далеко от дома в действительности теперь находится, – Сейчас я, правда, нигде не работаю, а раньше была курьером в городской администрации, – о том, что её служебные обязанности на этой должности сводились к тому, чтобы просто разносить по этажам внутреннюю почту да покупать время от времени канцтовары и чай, Рис как бы случайно смолчала. Хотя, в общем-то, ей нравилась прежняя работа. Во всяком случае, нравилась значительно больше, чем предыдущая, скучное «сидение на телефоне».

– На самом деле, я сюда приехала почти случайно. Папу пригласил сюда кто-то из наших общих родственников, а я просто увязалась вместе с ним, – продолжила она с улыбкой после небольшой, шагов в пять продолжительностью, паузы, в течение которой в очередной раз попыталась мысленно связать себя и всех немногих встреченных до сих пор "малознакомых родственников" сетью родственных связей (естественно, без особого успеха). Не особенно заинтересованного тона она, кажется не заметила, а потому добавила с некоторым воодушевлением: – А вы? Тоже просто с кем-то из родных, или по делу? – поворот, угол стены, узнаваемый ковер, звуки голосов где-то внизу. Лестница. Рис наконец-таки отпустила плечо безымянного родственника (теперь можно было с тем же успехом держаться за перила лестницы) и, решив не тянуть, одновременно с этим умеренно виновато, но отнюдь не навязчивым тоном, сказала:
– Не сердитесь за это, ладно? Знаю, вышло немногого грубо, мне следовало вас предупредить… – она хотела добавить что-то еще, но вдруг почувствовала в воздухе доносившийся с первого этажа, слабый, но вполне ощутимый запах дыма, а потому мысли сразу переключились на него: – Скажите, мне кажется, или действительно пахнет чем-то горелым?

Отредактировано Clarissa Reinecke (2013-03-04 23:55:46)

0


Вы здесь » EIGHT: eternal game » - Сюжетная игра » Akt 1. Об отмене эмансипации и "Kinder, Küche, Kirche"


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC